Красноярский край, Иркутская и Читинская области
В XX в. на огромной территории Красноярского края (2,4 млн. км2) ареал волка изменялся. Тундра и лесотундра издавна были им заселены, но в северной тайге по левобережью Енисея в конце XIX и начале XX в. волка не было, как, впрочем, и диких копытных, ранее истребленных местным населением. В 30—40-е годы изменилось сложившееся веками использование территории охотниками, сократившее промысловую нагрузку на глубинные угодья. В результате к 50-м годам полностью восстановился ареал лося и частично лесного северного оленя [Сыроечковский, 1974; Лавов, 1975]. По долинам рек Дубчес, Елогуй, Турухан в северную тайгу стали проникать и волки, на водоразделах они отсутствуют.
К востоку от Енисея (правобережье, включающее Эвенкию) до 30-х годов XX в. отмечалось лишь частичное сокращение ареалов лося, северного оленя и волка. Затем начались рост численности и восстановление ареалов этих трех видов, достаточно хорошо прослеженные за 70-е годы. Волки расселяются туда, где их раньше не встречали, они появились в бассейнах р. Бельмо (левый приток Подкаменной Тунгуски) и р. Чадобец (правый приток Ангары) — следы впервые отмечены в октябре 1977 г. Двумя годами раньше хищники появились в 50—60 км отсюда. Постепенное расселение волков в глубинные участки северной и средней тайги происходит в эти годы по всему правобережью Енисея. В отличие от европейского Севера в северной тайге Средней Сибири пока не происходит антропогенного изменения угодий, почти нет лесозаготовок и новых дорог. Несмотря на это волки расселяются по тайге по мере роста численности копытных.
В южной горной тайге и лесостепи Красноярского края изменения ареала незначительны. По нашим данным волк почти исчез в степной зоне Хакасии (заготовки его шкур в 1969 и 1970 гг. упали до 3—4 по сравнению с 148—252 шт. в 50-е—60-е годы). В последнее время зверей стало несколько больше, здесь ежегодно заготавливают по 26—37 волчьих шкур.
Данные о численности волка получены при авиаучете в тундре, лесотундре и северной тайге в 1974—1976 гг. и из отчетов охотоустроитель-ных экспедиций и охотничье-промысловых хозяйств . Опи сопоставлены с цифрами заготовок шкур.
В целом Красноярский край отличается низкой численностью волка и только на юге его, в лесостепи и отчасти в горной тайге, условия жизни волка более благоприятны. Здесь в 60-х годах численность хищника удалось резко сократить. Как и в других регионах СССР, где численность волков уменьшалась, в 70-е годы появились волко-собачьи гибриды, как, например, в Дзержинском районе. Известный интерес представляет сравнение численности волка и диких копытных животных по природным районам Красноярского края.
Наиболее напряженно отношение хищник—жертва в лесостепи, где на одного волка приходится 73 особи копытных. Но здесь хищники часть рациона восполняют за счет домашнего скота. В северной (правобережной) и южной горной тайге на одного волка приходится 115 и 118 особей. Такое соотношение не служит ограничением для роста популяции копытных зверей лишь при очень небольшой охотничьей нагрузке на последних [Лавов, 1972]. В тундре и лесотундре на каждого волка приходится больше диких северных оленей и здесь он не регулирует численности жертв.
В Иркутской области слабо заселена волком северная тайга. На водоразделах его совсем нет. В послевоенные годы произошло расширение области распространения волка на севере по сравнению с данными П. И. Худякова [1937]. Так же, как в Красноярском крае его расселению благоприятствует рост численности копытных животных, особенно в глубинных таежных угодьях, превратившихся в естественные заказники. Тут стало больше лося, северного оленя и кабарги, ранее истребленных охотниками. Расширились ареалы косули и марала [Скалой, 1951]. Волки появились в Бодайбинском, Тайшетском районах, стали бичом оленеводства в Катангском районе области [Тимофеев, 1949]. В 1960—70-е годы после восстановления популяций соболя и организации охотничье-промысловых хозяйств, глубинные участки северной тайги вновь интенсивно осваивают охотники. Однако ресурсы лося, северного оленя, а кое-где и марала используются еще недостаточно и служат резервом для расширения ареала волка в северной тайге Иркутской обл. . Интенсивное истребление волков в 50—60-е годы осуществлялось лишь в местах выпаса домашних оленей и мало коснулось популяций хищников на огромной территории.
В отличие от северных, в южных и центральных районах Иркутской обл. в 50—60-е годы отмечено резкое уменьшение численности и сокращение ареала волка. Хищников уничтожили в некоторых лесостепных районах, и ряд лет их шкуры не поступали из Аларского, Братского и других районов. Изменение числа волков в Иркутской обл. прослеживается по заготовкам их шкур. Среднегодовые данные по пятилетиям составили: 1932-1934-356 шкур; 1935-1939-269; 1940-1944-291; 1945-1949 - 535; 1950-1954 - 336; 1955-1959 - 256; 1960-1964 - 186; 1965-1969-62; 1970-1974-75; 1975-1980-132 волчьи шкуры.
Основное сокращение добычи волков из-за снижения их численности произошло в лесостепи, тогда как в тайге оно было не столь заметным. В конце 70-х годов наметилось увеличение заготовок шкур в связи с частичным восстановлением популяций волка.
В Читинской обл. не происходило изменений ареала волка в XX в. Из-за глубокоснежья волки отсутствуют или бывают проходом на Удоканском хребте и водоразделе рек Чары и Олекмы. В конце прошлого столетия Забайкальский отдел «Императорского общества размножения охотничьих и промысловых животных и правильной охоты» с помощью отравленных приманок за 4 года (1893—1897) уничтожил 7220 волков [Соловьев, 1925]. К 1930-м годам популяции хищника восстановили свою численность, а в начале 40-х годов резко ее увеличили (табл. 91).
Несмотря на интенсивную борьбу, численность волка оставалась высокой до 1962 г., когда впервые уменьшилось поступление его шкур (510 шт.). В южных районах Читинской обл. средняя плотность волка составляла 11—33 экз. на 1000 км2. К 1970 г. она сократилась в 3—9 раз, но оставалась довольно высокой по сравнению с другими регионами Средней и Восточной Сибири. Большие показатели числа зверей в лесостепи, южной горной и средней тайге Читинской обл. обусловлены экстенсивным животноводством с круглогодичным выпасом скота. Высокая численность диких копытных в отдаленных угодьях также обеспечивает обильное питание волка.
Заготовка шкур волка в Читинской обл. (среднегодовые по пятилетиям) составила: 1932-1934-1213; 1935-1939-1308; 1940—1944 — 1063; 1945-1949-1481; 1950-1954-996; 1955-1959-1000;
1960-1964-693; 1965-1969-427; 1970-1974-375; 1975-1980-434. Общий характер размещения волка сходен по всем трем регионам (табл. 92, рис. 191).
Плотность населения хищника в Читинской обл. значительно выше, нежели в соответствующих ландшафтах Красноярского края и Иркутской обл. В зоне северной тайги повсюду плотность волка различается меньше, а по Читинской обл. и Красноярскому краю совпадает. Если сравнить заготовку шкур с единицы площади в годы наибольшей и наименьшей численности волка, то можно заключить, что наиболее эффективным истребление волков было в Иркутской обл. (снижение в 12,1 раза). Далее следуют Читинская обл. и Красноярский край, в которых поступление волчьих шкур сократилось соответственно в 5,2 и 4,1 раза.
Итак, ареал и численность волка претерпели за последние 40—50 лет неодинаковые изменения в различных природных зонах Средней Сибири. Особенно заметными они были в лесостепи, южной горной и средней тайге, где плотность населения хищника удалось сократить в 3—12 раз. При этом волки исчезли из некоторых административных районов. Достаточно эффективное истребление хищника проведено в тундре и лесотундре, что привело к снижению плотности его населения до 0,4 особи ва 1000 км2, В северотаежной зоне региона, начиная с 50-х годов XX в. происходит расширение ареала и увеличение численности волка как за счет роста популяций лося и лесного северного оленя, так и из-за недостаточно интенсивной охоты на хищника.
Экологически допустимой плотностью населения волка во всех природных зонах Красноярского края, Иркутской и Читинской обл. следует считать 0,4 экз. на 1000 км2. При этом обпдая численность популяции волка составит около 1,4 тыс. экз., что достаточно для сохранения генетического фонда этого вида в Сибири.